Когда мы привыкнем к жутким андроидам?
![](http://iseverodvinsk.ru/wp-content/uploads/2018/06/Sophia-robot-650x341.jpg)
Возможно, вы не слышали о Hanson Robotics, но если вы читаете это, вы наверняка видели их работу. Эта компания построила робота Софию, человекоподобного андроида, который неоднократно появлялся на публичных мероприятиях. До того эта же компания построила странного робота, который был похож на Asimo с головой Альберта Эйнштейна — или видели BINA48, который дал интервью New York Times в 2010 году. Они даже сделали реплику легендарного писателя Филипа Дика (его вы точно знаете).
Другими словами, Hanson Robotics с их фирменным брендом создания человекоподобных роботов, хорошо освоилась на этом поприще. И тем больнее наблюдать за их прогрессом. Любой, кто хоть немного пообщается с роботом, понимает, что перед ним по сути чат-бот, со всеми его ограничениями. Даже во время интервью с BINA48 автор Эми Хармон описала опыт как разочаровывающий — с «редкими (и волнующими порой) моментами понимания». Это чувство знакомо любому, кто когда-либо общался с чат-ботом и получил несколько разумных ответов.
Под глянцевой поверхностью нет настоящего интеллекта; хотя на первый взгляд, конечно, машина кажется умнее, чем есть на самом деле. Если оттянуть этот поверхностный слой — в случае робота Hanson — вы оттягиваете Frubber. Это запатентованное вещество (Flesh Rubber — буквально «резина из плоти», жутковато) — невероятно сложное. Для управления лицом задействуется до тридцати моторчиков; они манипулируют жидкими клетками, чтобы сделать кожу мягкой, податливой и способной демонстрировать различные эмоциональные выражения.
Быстрый комбинаторный взгляд на 30 моторов покажет миллионы возможных сочетаний; исследователи определили 62 из них как «человечные» у Софии, хотя не все согласны с этим заявлением. Конечно, технические специалисты, воссоздающие выражения лица по образу человека у робота, превзошли простой движок чат-ботов, но и они не побрезговали запрограммировать несколько вопросов, преувеличивающих ожидания собеседника после встречи с роботом.
Hanson Robotics верит в то, что в конечном счете многое из того, что люди приписывают роботам, будет зависеть от их лиц и голосов, а также от того, что они говорят. «Восприятие личности невероятно тесно связано с восприятием человеческой формы», говорит Дэвид Хансон, основатель компании.
Любой, кто пытается создать робота, который не будет пугать людей, должен как-то совладать со зловещей долиной — странной смесью беспокойства и отвращения, которая рождается у людей, когда они видят нечто близкое к человеку, но человеком не являющееся. Между мультяшными гуманоидами и настоящими людьми лежит запретная зона эстетики роботов.
Концепцию зловещей долины представил робототехник Масахиро Мори, который настаивал на том, что робототехникам не стоит пытаться точно воспроизвести человека. Поскольку все, что не идеально, но уже очень хорошо, будет вызывать у людей странное чувство, единственный способ избавиться от этого эффекта — отказаться от попытки создать идеальное.
С точки зрения мозга, идея, лежащая в основе этого психологического ужаса, довольно проста.
Мы знаем, как раскладывать по категориям вещи, которые однозначно являются человеческими или нечеловеческими. Нам это легко дается, даже если эти вещи созданы для взаимодействия с людьми. Вспомните популярных роботов Aibo, Kibo или просто обычную говорящую колонку. Что-то, что пытается воссоздать человека, но делает это неправильно, вызывает испуганный отклик так же, как слегка расстроенная гитара или переставленная в доме мебель. Это создание просто не подходит нам.
Вы можете полностью отказаться от идеи зловещей долины. Дэвид Хансон и сам не фанат. Он считает, что великие произведения искусства часто пытались воссоздать людей, но конечной целью робототехников, создающих андроидов, будет, вероятно, создание роботов, которые будут ближе к человеку, чем произведения искусства.
Между делом Хансон и другие ученые проводят эксперименты, которые либо демонстрируют переоцененность зловещей долины, либо подтверждают ее существование и выделяют ее границы.
Классический эксперимент включает постепенное превращение мультяшного лица в человеческое с роботами между — потому что именно в движении чаще всего заключается страх «околочеловечного». Хансон утверждает, что включение мультяшных особенностей может помочь и что зловещая долина будет понемногу растворяться вместе с появлением новых поколений, выросших в окружении причудливых роботов. Хотя Хансон может и вовсе не принимать зловещую долину всерьез, он пытается с ней совладать с каждым новой итерацией.
Хироси Исигуро — один из последних робототехников, погрузившихся в долину с головой.
Основываясь на работе пионеров вроде Хансона, изучающие взаимодействия роботов и людей продвигаются к границам робототехники, а также делают прогресс в области социальных наук. Обычно тяжело повторить то, чего не понимаешь, а мы по-прежнему многого не понимаем в том, как интерпретируем постоянные потоки невербальной информации, которые текут через нас, пока вы взаимодействуете с людьми во плоти.
Исигуро доводит имитацию человеческих форм до предела. Он не только отслеживает и записывает физические движения людей по видеоклипам, но и создает своих роботов на основе реальных людей; серия Repliee началась с «репликанта» его дочери. Пришлось создать резиновую реплику всего ее тела. Затем он создал Geminoid, копию самого себя.
По мере старения он понял, что было бы эффективнее воссоздать свою реплику при помощи косметической хирургии вместо того, чтобы заново лепить свое лицо, каждый раз с большим количеством морщин. «Я решил больше не стареть», говорит он.
Мы любим бросать в воздух абстрактные концепции и идеи: машины заменяют людей, машины ухаживают за людьми, секс с машинами, слияние с машинами. Но взвесьте любую из этих идей на открытой ладони — и обнаружите огромную пропасть между ожидаемым и действительным. Мы еще далеки от мира, в котором повседневное взаимодействие с роботами будет рутиной, а не академическими изысканиями.